«Золотая середина» Павла Когана

— Какими ветрами Вас занесло в наш город, Павел Леонидович? Маршрут Вы сами выбирали? Харьков, Днепропетровск …

— Днепропетровск — родина моего отца, а я не был там столько же, сколько и в Харькове, где дирижировал вашим оркестром еще в 1975 году. И мне, конечно, очень хочется, чтобы продолжилась эта связь времен, не обрывались корни… Организовать такую поездку очень тяжело, но сейчас у нас есть федеральная целевая программа, которая дает возможность ведомствам Министерства культуры Российской Федерации выделять какую-то сумму и для гастролей. Мы прекрасно понимали, что при таких залах и финансовых возможностях слушателей нельзя окупить даже половину расходов поездки оркестра в сто человек, но вот мы здесь…

— Сейчас во многих российских оркестрах настали плохие времена — дирижеров смещают с должностей, иногда сами музыканты отказываются от их услуг. Если сравнить с фильмом Феллини «Репетиция оркестра», не напоминает ли это модель общества в целом?

— Фильм Феллини — это классическое описание деятельности дирижера и оркестра и совсем не обязательно его связывать с государством. Управление симфоническим оркестром придумано много лет назад, оно незыблемо, а любое изменение приносит свой негатив. В наших оркестрах действительно были большие проблемы последние годы, в оркестре Светланова, например. Там допускались непростительные вещи. Те наработки в области культуры и симфонической музыки, которые были нашим достоянием, нельзя уничтожать. В советское время симфонические оркестры были замечательные, и не только в центре. Оркестр Харьковской филармонии был очень солидный, серьезный. Я помню, как мы играли симфонию Брамса, и оркестр замечательно работал. Значит, была все-таки организация, которая позволяла оркестру играть на таком уровне... У нас в Москве все стало валиться в 1990-х годах. Получая 30 долларов в месяц, наши замечательные музыканты должны были ночами подрабатывать частным извозом или другими способами. Как можно было такое допускать! А то, что сейчас происходит развал в некоторых оркестрах, это издержки системы управления. Артист оркестра — личность творческая, никто не спорит. Творческая личность не может быть под гнетом и не может с выкрученными руками выходить на сцену, так как не покажет того, что может. Но анархии в оркестре не должно быть никакой. Потому что вольность и анархия приводят к развалу оркестра. Должна быть «золотая середина». Ее не нужно искать, она уже придумана и она есть. С ней все становится на свои места. Я не могу никому гарантировать светлого будущего, но на сегодняшний день стараюсь без консерватизма, без ретроградства придерживаться старых добрых правил.

— В Харькове Вы исполняли две симфонии Бетховена. А играете его последнюю, Девятую? Близка ли Вам ее идея «Обнимитесь миллионы» или все-таки сегодня надо как-то по-другому на мир смотреть?

— Девятую мы играем регулярно. Она мне близка, но только в той интерпретации, в которой была задумана Шиллером и Бетховеном:
«Ты сближаешь без усилья
Всех разрозненных враждой
Там, где ты раскинешь крылья
Люди — братья меж собой».
Не надо забывать, что написаны эти слова для масонской ложи. Но разве нельзя их отнести и к музыке?

— У Вас есть какая-то история, связанная с Вашей дирижерской палочкой?

— Дирижерская палочка — это самый дешевый музыкальный инструмент, дешевле не бывает. Я видел только одну уникальную палочку, подаренную Араму Ильичу Хачатуряну армянами в Америке и изготовленную из массивного золота высшей пробы… Но и он сам был личностью огромного масштаба, теперь таких нет.

— Говорят, что Ваш отец, помимо совершенного владения скрипкой, разбирался в сложных технических механизмах, обожал автомашины и знал их устройство столь же досконально, как скрипичную литературу. А чем увлечены Вы кроме музыки?

— Наверное, и страсть к автомобилям я унаследовал от отца. Я действительно отчаянный автомобилист, и у меня было много замечательных автомобилей. Первым, еще в 18 лет, был только что начавший выпускаться в нашей стране «Жигуленок». И потом пошло-поехало. Я ездил на всех машинах: и на Mercedes`е, и на BMW... А на сегодняшний день я уже достаточно солидный человек. Считаю, что комфорт и удобство, а главное, особую атмосферу предоставляет именно тот автомобиль, который имеет все: и удобные сиденья, и прекрасную разгонную динамику. Потому являюсь фанатом Volkswagen Phaeton.

— А когда Вы дирижируете симфонию Бетховена, нет ли желания вложить эту современную динамику в исполнение музыки?

— Наверное, так и должно быть, ведь дирижер всегда вкладывает в интерпретацию музыки собственный опыт и ощущение полноты жизни.